fd0c937a     

Логинов Святослав - Споры О Вкусе Устриц



Святослав ЛОГИHОВ
СПОРЫ О ВКУСЕ УСТРИЦ
Пустили Дуньку в Европу.
Три дня в Париже, день в Бордо и, наконец, сердце Жиронды - Аркашон.
Ещё при встрече наш хозяин - Жан, сформулировал три принципа настощей
жизни: еда, работа и любовь. Именно так, в этом порядке. "В Париже знают
толк в работе и любви, но им недоступно самое главное - они не умеют
есть. По-настоящему есть умеют только у нас, в Жиронде... ну и ещё
гасконцы, конечно..." И верно, впервые я не встал из-за стола
полуголодным. Разумеется, многое было непривычным, особенно распорядок
блюд. Hу кому в России придёт в голову в качествне закуски есть дыню с
ветчиной? Затем на столе появляются помидоры с перцем и уксусом, следом -
утка с белой фасолью, а потом, когда утка съедена, подаётся листовой
салат. Замечательный салат, который я, как всякий дикарь, с удовольствием
положил бы в качестве дополнительного гарнира к утке. А то и в помидоры бы
покрошил... После салата - фрукты: черешня, абрикосы, персики, а на
десерт - три-четыре сорта сыра с отдельной переменой вина, непременно
красного. Теперь я, прежде варварски пожиравший рокфор на бутербродах,
знаю, как его следует есть.
Странные нравы... но всякая разница стирается перед одним великим
сходством: в Жиронде едят много и вкусно.
После обеда нас усаживают в машину и везут показывать город нам и нас
городу. То и дело в перебивку с демонстрацией древностей и красот мы
останавливаемся перед небольшими домиками, и Жан с гордостью представляет
нас хозяевам: "Мои русские друзья!" Хозяева улыбаются и предлагают вина,
непременно добавляя, что им известно, что русские обязательно швыряют
пустой бокал через плечо. Легенду эту мы слышали ещё в Париже. Хотелось бы
знать, какая сволочь создала о моём народе столь превратное впечатление?
Шурин Жана - владелец устричной лавки. Лавка представляет собой навес,
пространство под которым разделено на две части прилавком. С одной стороны
- столики, с другой - рабочие помещения. Всё открыто, всё на виду. Hа
прилавке горой лежат варёные креветки, большие и маленькие, лангустины,
крабы... Это то, что готовится заранее. Рядом мидии и пропасть гребенчатых
ракушек, створки которых я видел на Чёрном море, но никак не представлял,
что их содержимое можно есть.
Всё это продаётся живьём, а если угодно, их за две минуты сварят прямо
в вашем присутствии. Для желающих закусить в меню имеются также длинные
французские булки, именуемые багетами, и несколько сортов вина.
А вот и устрицы... Если бы мне не показали их специально, я бы решил,
что это просто серые известковые камни. Hикакого намёка на то, что внутри
может быть что-то живое.
Робко припоминаю правило: сезон устриц - это те месяцы, в названии
которых есть буква "р". Правило это верно и для французского, и для
русского языков. А сейчас - середина июля... как ни произноси, буквы "р"
не сыщешь. В ответ слышу, что правило верно, если устрицы нужно везти по
жаре куда-нибудь далеко. "У нас сезон устриц круглый год".
В дальнем конце навеса рабочий сортирует только что привезённый улов,
делит устриц на крупных, средних и мелких. Мелькают руки в резиновых
перчатках, раковины, ударяясь, стучат словно обычные камни. Мне объясняют,
что в зависимости от погоды, устрицы обладают разным вкусом. Если холодно
и дождливо, они почти безвкусны, когда жарко и сухо - солоноваты. А если
погода такая, как сейчас, у устриц появляется молочный привкус, и это
лучше всего.
Покупателей в лавке немного, причём сплошь иностранцы. Двое лёт



Назад